Противотанковый чайник. Почему во Вьетнаме скучают по советским товарам

Старые телевизоры, автомобили, тракторы производст­ва СССР прекрасно работают в деревнях, а люди покупают в магазинах кубанские семечки и московский шоколад. Почему же мы так плохо торгуем с давним союзником?

Крестьянин Дан Нгуен в крошечной деревне рядом с городком Дьенбьенфу, неподалёку от лаосской границы, желая напоить меня кофе, ставит чайник на огонь. Эмалированная ёмкость изрядно закоптела, стала почти чёрной, но Дан безмерно гордится своим раритетом. «Мой дядя учился в Москве в 70-х и привёз в подарок, — говорит он. — Все друзья приходили посмотреть. Честное слово, он неубиваемый. Столько лет прошло, а ему хоть бы что! Наверное, всё советское производство подстроили под оборону. (Смеётся.) Ведь если ваш чайник бросить под танк, то он остановится!» Поле рядом с домом Дана распахивает советский гусеничный трактор ДТ-75 полувековой давности — крестьяне клянутся, что он работает «как новенький». 70-летний сосед Нгуена, услышав, что приехал русский, забегает в гости и хвастается наручными часами «Слава» московского завода — когда-то его премировали за перевыполнение плана. Мне рассказывают: даже старые советские бронемашины БТР‑152, которые прекратили выпускать в 1962 году (!), Вьетнам не выбрасывает на свалку — напротив, модернизирует (ставит внутрь кондиционеры и видеокамеры) и… продаёт в разные страны, например, поставляет базирующемуся в Южном Судане военному контингенту ООН. Обозреватель «АиФ» всерьёз задумался: почему мы не возвращаемся со своими товарами на рынки дружественных стран, где нашу продукцию издавна помнят, любят и ждут?

«Советское — значит отличное»

«Ностальгия по советской технике во Вьетнаме огромна, — заверяет меня выпускник МГУ, бизнесмен Хыу Дык. — Даже в крупных городах можно встретить на шоссе «Ладу» или «Москвич», а в деревнях ваши автомобили до сих пор используются — они не гниют во влажном тропическом климате и хорошо ездят по бездорожью. Но, к сожалению, новые модели российских машин сейчас купить трудно — к нам их фактически не привозят. Почему? Ведь за их рулём выросло целое поколение вьетнамцев, воспитанных на лозунге «советское — значит отличное». Кроме того, для России есть большой плюс: Вьетнам граничит с КНР, но в магазинах отсутствуют китайские товары — сказываются исторически напряжённые отношения, споры о границе и война 1979 г. Тут бы русским и карты в руки — вас здесь ожидают почти 100 млн покупателей. Будучи студентом, я коробками привозил из СССР кастрюли, утюги и кипятильники». 

Оливье с лягушатиной. Как живут русские женщины во Вьетнаме

При тщательном осмотре вьетнамских гипермаркетов в Ханое и Хошимине я нашёл только четыре товара российского производства. Это, безусловно, водка (тут я не сомневался), кубанские семечки (вьетнамцы их обожают), московский шоколад (он есть буквально везде) и наше мороженое. Говорят, иногда встречаются и калининградские шпроты, но их я не обнаружил. На этом, собственно говоря, всё. Рынок бытовой техники и автомобилей прочно захвачен Южной Кореей и Японией (все такси в Ханое — «японки»). В личном владении автомобилей мало — согласно местным традициям, население передвигается на скутерах, мопедах и мотоциклах: так быст­рее маневрировать в условиях жутких пробок на улицах вьетнамских городов. В Хошимине мне помпезно продемонстрировали скутер (как их называли раньше, мотороллер) «Турист», сделанный в Туле в 1976 г. «Замечательная вещь, — хвалит свежепокрашенного «Туриста» владелец. — Отец купил в начале 90-х, и машина ни разу не потребовала ремонта, только вот бамбуком для красоты сбоку у­красил — так симпатичнее». Все вьетнамцы в частных разговорах дружно превозносят качество советской техники до небес. Мне становится интересно: почему же она в условиях родной земли так часто ломалась? «Вот тоже не знаю, — разводит руками бывший работник вьетнамского посольства в Москве Зуан Лонг. — Возможно, на экспорт вы делали вещи куда лучше, чем для внутреннего рынка». Наверное, это правда. Для внешнего мира мы старались, дабы не ударить в грязь лицом перед иностранцами, а вот для самих себя как-то не очень.

«Боитесь жареной селёдки?»

«У моего дедушки в гостиной стоит телевизор «Рубин Ц-266», — широко улыбаясь, информирует сотрудник туристического агентства в Хошимине Фунг Чан. — Выпуск 1984 г., проработал уже больше 30 лет. Я предлагал деду японский, но он и слышать о нём не хочет, хотя однажды «Рубин» внезапно загорелся и чуть не спалил ему всю квартиру. Он не выбросил телик, а отремонтировал через знакомых. Честно говоря, я не понимаю такого пристрастия. Ещё дедушка ужасно скучает по вашей селёдке. Во Вьетнаме её достать совершенно невозможно, заказываю через знакомых, летающих с длинной стыковкой через Москву. Дед подробно объяснял, как они покупали селёдку, жарили её и остальные студенты в общежитии на них страшно кричали, ругались и выбегали на мороз, хватаясь за голову, не желая пробовать ни кусочка. Очень странно, ведь сырую рыбу, даже солёную, следует жарить. И запах при этом очаровательный. Почему вы так морщитесь? Я тоже ел, безумно вкусно. В общем, лично моя семья была бы рада, начни Россия поставлять во Вьетнам свою селёдку».

«Жигули» на кокосе. За что на Кубе любят советскую технику

Утюг престижнее «Мерседеса»

На той же Кубе вполне понятно, отчего местное население столь активно использует старую советскую продукцию. Средняя зарплата — 15 долларов в месяц, на такие деньги новый автомобиль не купишь, «Жигули» же могут прослужить долго. Да и холодильники ЗИЛ, в­нешне похожие на крепость, способны заморозить всё живое в радиусе километра. У кубинцев нет выбора, поэтому-то они и продлевают жизнь древней технике родом из СССР. Однако в случае с Вьетнамом всё иначе: магазины полны западных и азиатских товаров из сопредельных стран — тем не менее, у старшего поколения сохранилась сладкая ностальгия и по советским продуктам, и по советской технике. «Советский электрический утюг был предметом роскоши, престижнее «Мерседеса», — смеётся бизнесмен Хыу Дык. — Если вы проедетесь по маленьким городкам, то увидите, как во время празднеств и прихода особых гостей достают ленинградские чайные сервизы — разумеется, из фарфоровых чашек пьют кофе, чай во Вьетнаме не особенно популярен. Когда я задаю вопрос русскому бизнесу, почему он не идёт в страну, где хорошо знают ваши товары, слышу ленивый ответ: Вьетнам далеко, проще туризмом заниматься. Для Америки, с недавнего времени завалившей наши прилавки своим импортом, вьетнамцы — нужные покупатели, для русских — увы, нет».

Молодая пара в ханойском магазинчике покупает семечки с Кубани и тут же радостно начинает их грызть, пряча шелуху в карман. Меня давно поражает наша способность не замечать миллиарды долларов, лежащие под ногами. Во множестве государств вроде Вьетнама, ранее находившихся в сфере советского влияния, желают покупать нашу продукцию — есть миллионы людей, хорошо её помнящих. А мы не играем на ностальгии, интересуясь лишь ценами на нефть. Между тем рынок Вьетнама поглощают Америка и Япония с Южной Кореей. Если мы не одумаемся, не вернёмся в Ханой и Хошимин, ещё через 20 лет наши товары уже никому здесь не будут нужны. 

Надеюсь, у России хватит ума не только раздавать дешёвые кредиты направо и налево всем, кто нас похвалит, но и зарабатывать на своих союзниках. Во Вьетнаме скучают по русскому — это нужно использовать. 

Источник